История финансового успеха Apple — часть третья

История финансового успеха Apple - часть третья

Хотя практически все отдавали себе отчет в том, что Apple рано или поздно станет публичной, решение расстаться с относительно спокойной жизнью частной фирмы все-таки стало неожиданностью. Некоторые из высших руководителей Apple не проявляли желания управлять публичной компанией. Джобс какое-то время вынашивал планы создать нечто подобное компании Bechtel, огромной частной строительной фирме из Сан-Франциско. Ему нравилась идея, что можно не раскрывать информацию, которая поможет конкурентам, а управлять многонациональной корпорацией, не испытывая давления со стороны акционеров, и избежать насмешек критиканов, которые любят приходить на ежегодные собрания. Джобс и его коллеги знали, сколько придется потратить сил на процедуры должной проверки, подготовку проспекта эмиссии акций и долгие командировки, цель которых — рассказать о сильных сторонах компании банкирам и инвесторам в главных городах Америки и Европы.

Майкл Скотт хотел превратить Apple в крупный бизнес без сторонней помощи и проклинал ненавистных ему людей: юристов, лишавших его свободы маневра, бюрократов из федерального правительства, заваливавших его документами, и журналистов, которые только и делают, что искажают его мысли.

Помимо личных убеждений, существовали и другие веские причины превращения Apple в публичную компанию. Рынок новых эмиссий, который находился в оцепенении после рецессии 1973-1974 годов, к 1980 году несколько оживился. Отчасти этому способствовало снижение максимальной ставки налога на капитал с 49 до 28 процентов в 1979 году, что привело к огромному притоку денег в венчурные фонды. Apple сформировалась еще до снижения налога, но другие компании своим существованием отчасти были обязаны вложениям венчурных фондов. В самой Apple количество акционеров — благодаря опционам — приближалось к пятистам, а по закону о ценных бумагах и биржевых операциях от 1934 года компании, перешагнувшие этот рубеж, должны представлять публичный отчет о своей деятельности. Но главная особенность состояла в том, что Apple не нуждалась в крупных финансовых вливаниях.

Все основатели и руководители Apple понимали, что публичное размещение акций — важный шаг в развитии компании. Выпуск акций сравнивали с совершеннолетием, с рождением наследника, помолвкой дочери или обрядом бар-мицва. Поэтому на собрании совета директоров в августе 1980 года, когда Артур Рок убеждал присутствующих, что публичный выпуск новых акций — это препятствие, которое рано или поздно придется преодолеть, руководство Apple решило последовать его совету. Удивление вызвал скорее выбор времени, а не сама новость. Недавно принятому на работу вице-президенту по коммуникациям Фреду Хору пришлось делать заявление для прессы раньше, чем он получил свой кабинет. Тем временем Реджиса Маккену попросили изъять рекламу из The Wall Street Journal, чтобы Комиссия по ценным бумагам и биржам не могла обвинить компанию в навязывании своих акций.

Сила позиции Apple на переговорах отразилась на количестве инвестиционных банкиров, посещавших офис компании и расхваливавших достоинства своих фирм. Эмиссия акций Apple обещала стать самой крупной за несколько лет, и от перспективы заработать комиссионные у солидных банкиров буквально слюнки текли. Посетители оставляли наскоро подготовленные проспекты, описывающие преимущества, которые получит Apple, если обратится за оценкой именно к ним. Там были пространные рассуждения о «текущих взаимоотношениях», «поддержке вторичного спроса» и «розничных сетях».

Среди визитеров были сотрудники Hambrecht & Quist, фирмы из Сан-Франциско, которая уже десять лет занималась инвестициями и андеррайтингом [47 - Андеррайтинг - деятельность профессионального участника рынка ценных бумаг по организации эмиссии.] молодых компаний. Для победы людям из Hambrecht & Quist потребовалось десять визитов и несколько презентаций, подготовленных для руководства Apple. Чтобы сбалансировать не слишком солидную репутацию Hambrecht & Quist, выпуск акций Apple также спонсировал Morgan Stanley, более консервативный банкирский дом из Нью-Йорка. Обратив внимание на Apple и, что еще важнее, согласившись на равную долю с молодой инвестиционной фирмой, Morgan Stanley дал понять: давние пристрастия сменились новыми. Почти сразу же Morgan Stanley разорвал отношения с IBM и стал проводить более агрессивную политику по отношению к бизнесу молодых компаний.

Между Западом и Востоком, а также между менеджерами Apple и финансистами сложились довольно необычные отношения. Джобс жаловался, что банкиры не уделяют Apple должного внимания, а Майкл Скотт не упускал возможности уязвить людей с монограммами на рубашках и заколками для галстука. Когда руководство Apple пригласили на брифинг, устроенный для инвесторов компанией Genentech из Сан-Франциско, специализировавшейся на биотехнологиях и также планировавшей выход на биржу, Скотт явился в джинсах и ковбойской шляпе и тут же был отправлен за галстуком. На другое совещание он надел — и заставил надеть еще двоих сотрудников — бейсболки и футболки с надписью «Банда Apple». Банкиры с трудом верили, что Скотт является президентом компании, которую они с такой радостью принимали в свои объятия.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *